Абдул-Баха: Центр Завета
Facebook
Курсы Рухи

Абдул-Баха

1844-1921Abdul-Baha

 

С самого раннего детства, Аббас Еффенди, старший сын Бахауллы разделял тяжелые условия и ссылку Своего отца. Он взял титул «Абдул-Баха», что означает «слуга Баха». Бахаулла назначил Его толкователем учения и главой Веры. Бахаи считают Абдул-Баха образцом поведения бахаи.

За время Его жизни Вера Бахаи значительно упрочила свое основание и распространилась по планете. Абдул-Баха покинул этот мир в 1921 году. Его тело погребено в северной части Святилища Баба. Это место посещается паломниками, прибывающими на Святую Землю во Всемирном Центре Веры Бахаи. 

 

29 ноября 1921 года десять тысяч людей — иудеи, христиане и мусульмане всех  верований и убеждений — собрались на горе Кармель на Святой Земле оплакать того, Кого восторженно называли сутью «Благодетели и Мудрости, Знания и Великодушия[i] На этой церемонии Абдул-Баха — Сын Бахауллы и Его преемник — характеризовался лидером иудейской общины как «живой пример самопожертвования», христианским оратором как Тот, кто вел человечество «по Пути Истины», а известным мусульманским лидером как «столп мира» и воплощение «славы и величия».[ii] Его похороны, по описанию западного наблюдателя, собрали огромную толпу людей, которые «печалились о Его смерти, но также и радовались за Его жизнь[iii]

 

И на Западе, и на Востоке, Абдул-Баха был известен как посол мира, поборник справедливости и ведущий представитель новой Веры. В своих эпохальных поездках по Северной Америке и Европе Абдул-Баха, словом и делом, с силой и убедительностью провозглашал основные принципы религии Своего Отца. Утверждая, что «любовь есть величайший закон», лежащий в основании «истинной цивилизации», и что «Взаимодействие и согласие суть величайшая потребность человечества». [iv],[v] Абдул-Баха одинаково затрагивал сердца простых и великих, находил нужные слова для каждой души, что встречалась на Его пути.

 

Один американский обозреватель писал:

«большая, доброжелательно настроенная аудитория с нетерпением ожидала личной встречи с Ним, чтобы из Его собственных уст услышать весть любви и духовности... Помимо того, что Он говорил, было во всей Его внешности нечто такое, что трудно описать и что производило глубокое впечатление на всех, кто лично общался с Ним. Высокий лоб, борода патриарха, взгляд, казавшийся отрешенным от мира преходящих чувств, тихий, но ясный и проникновенный голос, сквозящая во всех Его чертах кротость, неугасимая любовь, но главное, одновременно ощущение силы и мягкости — вот что придавало всему Его облику исключительную возвышенность и духовность, которые и бесконечно отдаляли Его, и в то же время делали близким любому простому смертному, любой падшей душе, и это, и еще очень-очень многое, что не поддается определению, оставило в сердцах Его друзей неизгладимую, драгоценную память»[vi].

 

Однако, какой бы притягательной ни была Его личность или проникновенным Его понимание человеческой природы, эти качества не могут адекватно описать уникальное положение Абдул-Баха в истории религии. По словам Самого Бахауллы, Абдул-Баха был «Доверием Бога», «убежищем для всего рода человеческого», «величайшей Милостью» и «древняя и непреложная Тайна» Божия[vii]. В Писаниях бахаи сказано, что «в личности Абдул-Баха абсолютно гармонично соединились несовместимые качества человеческой природы и сверхчеловеческое знание и совершенство[viii]

 

Гарантия от раскола

Вопрос преемственности руководства всегда был важнейшим для всех религий. Неудача в решении этого вопроса неизбежно вела к раздорам и разделению. Неоднозначность, окружавшая подлинных преемников Иисуса и Мухаммеда, например, привела к разночтениям священных текстов и глубоким разногласиям внутри христианства и ислама. Однако, Бахаулла предотвратил раскол и заложил неприступное основание Своей Веры в условиях Своего завещания, названного «Книга Моего Завета». Он писал: «”Когда отхлынет океан Моего присутствия и закончится Книга Моего Откровения, обратитесь к Тому, Кого назначил Бог, Кто есть Ветвь от сего Древнего Корня”. Предмет же сего святого стиха есть не кто иной, как Наимогущественная Ветвь [Абдул-Баха].»[ix]

 

Бахаулла писал об Абдул-Баха: «Слава Божия осеняет Тебя, и всякого, кто служит Тебе и пребывает близ Тебя. Горе, великое горе тому, кто восстанет против Тебя и причинит Тебе вред. Благо тому, кто присягнул на верность Тебе…»[x] Абдул-Баха, был Центром Завета Бахауллы — средства обеспечения единства общины бахаи и сохранения целостности учений Бахауллы.

 

Как полномочный толкователь учения Бахауллы Абдул-Баха стал «живым языком Книги, разъяснителем Слова Божиего»[xi]. Без Абдул-Баха колоссальная созидательная сила откровения Бахауллы не была бы донесена до человечества, а ее важность не постигнута в полной мере. Он разъяснил учение Веры Своего Отца, укрепил ее доктрины, и описал ключевые черты ее административной системы. Он был безошибочным наставником и строителем быстро растущей общины бахаи. Кроме того, Бахаулла наделил Абдул-Баха «совершенными добродетелями в личном и общественном поведении, дав человечеству образец для подражания.»[xii] Как совершенный образец учения Бахауллы и оплот Его Завета Абдул-Баха стал «совершенным примером воплощения Слова Божия в практические дела, ведущие к подъему новой цивилизации».[xiii]

 

Лидерство Абдул-Баха

Абдул-Баха родился 23 мая 1844 года, в ту самую ночь, когда Баб провозгласил начало нового религиозного цикла в истории. Ребенком Он страдал вместе с Отцом во времена преследования бабидов. Абдул-Баха было восемь лет, когда Бахаулла впервые был заключен в тюрьму как руководитель и защитник Веры бабидов. Он сопровождал Бахауллу во время Его долгой ссылки из Персии в столицу Оттоманской империи, и затем в Палестину. Повзрослев, Абдул-Баха стал ближайшим компаньоном Своего Отца и сформировался как Его заместитель, защитник и главный представитель в контактах с политическими и религиозными лидерами того времени. Проявленные Абдул-Баха выдающееся лидерство, знания и служение завоевали огромный престиж ссыльной общине бахаи. После кончины Бахауллы в мае 1892 года Абдул-Баха принял на Себя роль Главы Веры Бахаи.

 

В 1911 году, после более чем сорока лет тюремного заключения и страданий, Абдул-Баха предпринял поездку на Запад, где с блистательной простотой представлял, и высокопоставленным, и самым обычным людям, предписания Бахауллы для морального и духовного обновления общества. Этот «Глас Божий», — по утверждению Абдул-Баха, — «прозвучав, вдохнул новую жизнь в тело рода человеческого и вселил новый дух во все мироздание. Вот почему мир всколыхнуло до основания, и сердца и совесть людей проснулись. Скоро станут явными признаки этого возрождения, и восстанут даже те, чей сон непробуден...»[xiv]

Абдул-Баха в Париже, 1912 г. 

Абдул-Баха неустанно провозглашал как среди выдающихся людей, так и среди бесчисленных групп широких масс, такие жизненно важные истины:

Независимый поиск истины, свободный от предрассудков и традиций; единство всего рода человеческого — центральный принцип и основополагающая доктрина Веры; единство всех религий по сути; осуждение всех форм предрассудков: религиозных, расовых, классовых или национальных; гармония, которая должна существовать между религией и наукой; равенство мужчин и женщин — двух крыльев, на которых сможет взлететь птица человечества; введение обязательного образования; принятие международного вспомогательного языка; искоренение крайностей богатства и бедности; учреждение всемирного суда для разрешения споров между государствами; превознесение работы, выполняемой в духе служения, до уровня поклонения Богу; прославление справедливости как руководящего принципа человеческого общества, а религии — как оплота безопасности для всех народов и стран; установление прочного и всеобщего мира как высшей цели всего человечества.[xv]

 

Он утверждал снова и снова, что Он — «глашатай мира и примирения», «защитник единства человечества», и посредник, призывающий человечество в «Царство Божие».[xvi] Несмотря на шумный успех и прекрасный прием, который Ему оказывался, Абдул-Баха всегда разъяснял, каков Источник Его мыслей и Его истинного положения. В письме своим последователям в Америке Он писал:

«Мое имя — Абдул-Баха [дословно, Слуга Баха]. Мое предназначение — Абдул-Баха. Моя суть — Абдул-Баха. Похвала мне — Абдул-Баха. Быть рабом Благословенного Совершенства [Бахаулла] — мой славный и сияющий венец, а служение всему роду человеческому — моя вечная религия… У меня нет и никогда не будет ни имени, ни титула, ни поминания, ни похвалы, кроме как Абдул-Баха. Это — мое страстное желание. Это — мое величайшее устремление. В этом — моя вечная жизнь. В этом — моя непреходящая слава.»[xvii]

 

Также смотрите страницу о Бахаулле.

Некоторые Писания Абдул-Баха доступны на русском языке через страницу библиографии бахаи на сайте "Архивы — память общины".

 

Примечания


[i] Цит. по: H.M. Balyuzi, 'Abdu'l-Bahá, The Centre of the Covenant of Bahá'u'lláh (London: George Ronald, 1971), p. 466.

[ii] Там же, pp. 471, 467, 466

[iii] Shoghi Effendi, God Passes By, rev.ed. (Wilmette: Bahá'í Publishing Trust, 1987), p. 312.

[iv] Избранное из Писаний Абдул-Баха – Пер. с англ./ сост. Отдел исследований Всемирного Дома Справедливости. – СПб.: Единение, 1995. – 300 с. п. 12.

[v] Абдул-Баха, Провозглашение всеобщего мира

[vi] God Passes By, p. 290.

[vii] Шоги Эффенди. Законоцарствие Бахауллы. Пер. с англ. – СПб.: Единение, 2004. – 88 с. Стр. 56.

[viii] Там же, стр. 53-54

[ix] Бахаулла. Скрижали, явленные после Китаб-и-Агдас / Духовное Собрание Бахаи России; Пер. с англ. – СПб.: Единение, 2004. – 240 с. Стр. 193.

[x] Цит. по: Шоги Эффенди. Законоцарствие Бахауллы. Пер. с англ. – СПб.: Единение, 2004. – 88 с. Стр. 55.

[xi] Всемирный Дом Справедливости, Послание всем бахаи мира от 26 ноября 1992 г.

[xii] Там же.

[xiii] Там же.

[xiv] Шоги Эффенди. Призыв к народам. Пер. с англ. СПб.: ИМПАКС, 1993, 106 с. обл. Стр. 83.

[xv] Цит. по: Столетие света / Национальное Духовное Собрание Бахаи России; Пер. с англ. – М.: Единение, 2004. – 208 с.

[xvi] Balyuzi, p. 380.

[xvii] Шоги Эффенди. Законоцарствие Бахауллы. Стр. 61.

 Фотографии на этой странице © Bahá’í International Community